Виктор Мараховский: как исключить противоправный характер деятельности Конституционного Суда и восстановить суверенитет закона.(Часть II)

В первой части нашего исследования («Суд, перекраивающий страну: как Конституционный Суд Молдовы превратился из арбитра в центр политической инженерии».

Мы подробно проанализировали опасную трансформацию высшего органа конституционного надзора за последние пятнадцать лет. Мы зафиксировали, как «институциональный активизм», подменивший собой беспристрастный арбитраж, привел к ситуации, когда Конституция из незыблемого фундамента превратилась в пластичный материал для политических манипуляций. В ряде ключевых эпизодов — от изменения способа избрания президента в 2016 году до кризиса 2019-го и запрета партий в 2023-м — решения Суда не просто оценивали законность действий власти, они фундаментально перекраивали баланс полномочий и правила политической игры в обход воли законодателя.

Сегодняшний анализ посвящен поиску системных решений, которые позволят демонтировать конструкцию судебного волюнтаризма. В основе этих преобразований лежит восстановление действия Статьи 7 Конституции, которая провозглашает: «Конституция Республики Молдова является ее высшим законом. Ни один закон или иной правовой акт, противоречащие положениям Конституции, не имеют юридической силы». Только через возвращение к букве Основного закона и введение режима жесткой персональной ответственности судей можно остановить «политическую инженерию» и вернуть государству его правовую опору.

I. Реставрация Статьи 7: Барьеры против «правотворчества» через толкование

Главным инструментом подрыва конституционного строя стала практика «чрезмерного толкования», когда КС де-факто дописывает или искажает смысл текста Конституции. Эти изменения исключат возможность для Суда выступать в роли «позитивного законодателя», подменяющего собой Парламент.

1. Ограничение компетенции рамками текста. Внесение дополнений в статью 135 Конституции четко установит, что КС не обладает компетенцией вносить изменения в текст Конституции путем ее толкования, а также отменять или изменять законы Парламента своими постановлениями, если это затрагивает существо правовых норм. Это станет юридическим заслоном, предотвращающим повторение прецедентов, подобных решению 2013 года, когда Суд поставил Декларацию о независимости выше самой Конституции, изменив иерархию норм без соблюдения процедуры конституционной правки.

2. Лишение права «дописывать» закон. Новая статья 135 обяжет КС в случае обнаружения неясностей в тексте не «создавать» новую норму самостоятельно, а обращаться в парламент с просьбой разъяснить текст посредством принятия закона. Это восстановит роль Парламента как единственной законодательной власти, определенной статьей 60 Конституции, и исключит практику «судебной достройки» властных схем под конкретные политические кризисы.

3. Аннулирование актов «Ultra Vires» (превышения полномочий). Любое решение КС, выходящее за рамки его полномочий (например, фактическое изменение конституционного текста), будет автоматически признаваться недействительным. Проверку таких решений на предмет превышения полномочий должна осуществлять специальная парламентская комиссия, создаваемая в течение 30 дней после вынесения спорного акта. 

II. Реформа формирования состава КС: от политических квот к народной легитимности

Действующая система, где судьи назначаются политическими институтами (Парламентом, Правительством и ВСМ), превратила Суд в заложника партийных алгоритмов. Чтобы исключить противоправное влияние политических групп на судейский корпус, необходимо изменить сам источник власти судьи.

1. Прямые выборы судей гражданами. Внедрение механизма прямых всеобщих выборов судей КС сроком (например) на 9 лет без права переизбрания переориентирует лояльность судей с назначивших их политиков на народ Молдовы. Отсутствие возможности повторного мандата — ключевой предохранитель: судье нет смысла «обслуживать» действующую власть в надежде на продление полномочий.

2. Политический «карантин» и профессиональный фильтр. Исключение ангажированных лиц из состава Суда обеспечивается жестким цензом: кандидат обязан доказать отсутствие политических пристрастий в течение последних 10 лет, что подтверждается аудитом со стороны Национального органа по неподкупности (НОН). Выдвижение кандидатов должно осуществляться не политиками, а профессиональными сообществами (ассоциациями юристов и сенатами университетов) либо группами граждан (не менее 10 000 человек).

3. Национальная комиссия по добросовестности и компетентности (НКДК). Создание независимого фильтра отбора в виде комиссии из представителей гражданского общества, ученых и парламентариев обеспечит прозрачность, при которой каждый кандидат будет оцениваться по принципам меритократии, а не личной преданности политическим лидерам.

III. Исключение конфликта лояльности: запрет на двойное гражданство

Одним из наиболее чувствительных вызовов суверенитету Молдовы является наличие у судей КС гражданства других государств (прежде всего, Румынии). Лица, приносившие присягу на верность другому государству, законодательство которого карает за нарушение этой клятвы, неизбежно оказываются в ситуации конфликта интересов при принятии решений, затрагивающих национальную идентичность или суверенитет Молдовы.

Меры по защите суверенитета. Для обеспечения подлинной независимости правосудия и защиты национального суверенитета Республики Молдова необходимо устранить эту фундаментальную уязвимость — наличие у судей Конституционного суда гражданства других государств. Предлагаемое внедрение новых требований в Статью 136 Конституции станет юридическим фундаментом, исключающим ситуацию, при которой высшие арбитры страны могут действовать в интересах иностранных геополитических сил.

Ниже краткий анализ того, как именно эти изменения позволят исключить конфликт интересов и восстановить верховенство национального права:

Устранение «конфликта присяги»

Одной из наиболее острых проблем признается ситуация, когда судьи КС являются обладателями румынских паспортов. Такие лица при получении иностранного гражданства приносят торжественную клятву верности другому государству, законодательство которого четко определяет суровую ответственность за её нарушение. В то же время, при вступлении в должность в Молдове, они не связаны аналогичными жесткими обязательствами перед национальным суверенитетом.

Чтобы исключить этот противоправный дуализм, изменения в Статью 136 Конституции закрепят, что судьёй КС может быть исключительно гражданин Республики Молдова, не имеющий иного гражданства и постоянно проживающий на её территории. Это гарантирует, что лояльность судьи будет безраздельно принадлежать молдавскому народу, как единственному носителю суверенитета согласно Статье 2 Конституции.

Защита от «внешнего управления» через судебные решения

История Молдовы знает прецеденты, когда КС, состоящий преимущественно из граждан соседнего государства, принимал решения, де-факто подрывающие Основой закон. Ярким примером является постановление 2013 года, в котором КС поставил Декларацию о независимости выше самой Конституции, что позволило изменить название государственного языка в обход парламентских процедур.

Внедрение запрета на двойное гражданство исключит возможность использования КС как инструмента для «денационализации» страны и принятия решений, диктуемых внешними политическими центрами. Судья, не имеющий иных обязательств перед иностранными державами, будет обязан руководствоваться исключительно Статьей 7 Конституции, провозглашающей её высшим законом общества и государства.

Механизм верификации и жесткая персональная ответственность

Для того чтобы новые нормы не остались декларативными, необходимо будет установить строгий процедурный фильтр:

• Обязательная проверка СИБ: Каждый кандидат на должность судьи обязан в течение установленного срока представить заявление об отсутствии иного гражданства, которое подлежит проверке Службой информации и безопасности (СИБ).
• Автоматическое отстранение: Сокрытие факта наличия иностранного паспорта будет квалифицироваться как грубое нарушение присяги и повлечет за собой автоматическое лишение мандата.
• Запрет на профессию: Лицо, уличенное в сокрытии двойного гражданства, лишается права занимать любые государственные должности в течение определенного времени.
• Карантинный период для действующих судей: Судьи, занимающие посты на момент вступления закона в силу, обязаны в течение установленного срока официально отказаться от иностранного гражданства либо сложить свои полномочия.

Эти меры позволят превратить КС из группы лиц, «обслуживающих интересы политиков соседнего государства», в дееспособный орган конституционного контроля. Только судья, чей суверенитет и гражданская лояльность не разделены между двумя странами, способен гарантировать верховенство Статьи 7 и обеспечить реальную правовую безопасность Республики Молдова.

IV. Личная ответственность судей и жесткие санкции за нарушение закона

Для того чтобы Конституция перестала быть «ничего не значащей бумажкой» для отдельной категории должностных лиц, необходимо внедрить механизмы персональной ответственности судей за превышение полномочий и недобросовестное исполнение обязанностей.

1. Санкции за сокрытие иностранного гражданства. Эти меры предусматривают, что сокрытие наличия иного паспорта влечет за собой автоматическое отстранение от должности и безусловный запрет на занятие любых государственных должностей в течение установленного срока. Проверка на отсутствие иного гражданства должна заверяться Службой информации и безопасности (СИБ).

2. Ответственность за недобросовестность (Закон 199/2010). Исполнение полномочий с достоинством и добросовестно должно стать юридической обязанностью с четко прописанными санкциями. Нарушение присяги, выраженное в сознательном искажении смысла Конституции или участии в «сборке политического результата», должно влечь за собой процедуру отзыва судьи парламентской комиссией – с последующим применением иных юридических последствий, включая дисциплинарную, административную и, при наличии оснований, уголовную ответственность.

3. Исключение «уикенд-юстиции». События июня 2019 года, когда КС вынес несколько решений за один уик-энд без вызова представителей Парламента и Президента, признаны Венецианской комиссией грубым нарушением принципа равенства сторон. Новые нормы сделают такие действия не только основанием для отмены решения, но и поводом для привлечения судей к дисциплинарной и уголовной ответственности за злоупотребление властью.

V. Процессуальная чистота и европейский опыт «Last Resort»

Европейская практика, транслируемая Венецианской комиссией, подчеркивает: КС должен быть органом конституционного сдерживания, а не инструментом административно-судебного управления политической конкуренцией.

1. Принцип «крайней меры». В контексте роспуска партий (как в случае с партией «Шор» или законом №100/2025) вмешательство Суда должно быть крайней мерой (last resort). Изменения исключат автоматизм в этих вопросах и обяжут Суд доказывать отсутствие менее ограничительных альтернатив, что защитит политический плюрализм в стране.

2. Соблюдение процедурных сроков. Критика Венецианской комиссии 2019 года показала, что КС произвольно исчислял сроки (приравняв 3 месяца к 90 дням через Гражданский кодекс), чтобы ускорить роспуск Парламента. Новые правила установят приоритет календарного исчисления конституционных сроков над гражданско-правовыми и запретят Суду действовать в режиме «молниеносной спешки».

VI. Автономность и подотчетность за обеспечение Верховенства (Ст. 134)

Суд обязан гарантировать ответственность государства перед гражданином, однако на практике КС годами игнорирует грубейшие нарушения социальной и экономической конституционности.

Для того чтобы исключить практику «молчаливого согласия» Конституционного суда  с системными нарушениями Основного закона, необходимо кардинально изменить характер его публичной подотчетности. В отличие от существующих статистических отчетов, которые фиксируют лишь сухие цифры нагрузки, новая модель обяжет Суд представлять глубокий аналитический доклад по исполнению Статьи 134(3) Конституции.

Ниже приведена «расшифровка» того, как этот механизм обеспечит верховенство права через конкретные примеры:

Переход от статистики к «надзору»

Вместо оправданий о работе «только по запросу», КС будет обязан анализировать правовое поле на предмет скрытых угроз конституционному строю.

• Пример «электоральной коррупции» (Статья 58): Конституция обязывает каждого гражданина участвовать в общественных расходах через уплату налогов. Однако реальность такова: из почти миллиона граждан, работающих за рубежом, декларации подают лишь несколько сотен, и государство фактически поощряет этот подход в обмен на лояльность при голосовании. В новом отчете КС будет обязан дать правовую оценку такому избирательному применению налогового бремени и его влиянию на равенство всех перед законом.
• Пример социальных гарантий (Статья 47): Государство обязано обеспечить «достойный уровень жизни». Однако в молдавском законодательстве до сих пор отсутствует даже юридическое определение этого термина, что делает норму декларативной. КС должен будет отчитаться, какие меры приняты для ликвидации этого правового вакуума.

 Защита принципа разделения властей (Статья 6) Отчетность заставит КС реагировать на попытки возвышения одних структур над другими.

• Пример Высшего совета безопасности: Введение статьи 352/3 в Уголовный кодекс (год тюрьмы за неисполнение указаний консультативного органа) фактически возвысило Президента ( и Высший совет безопасности) над тремя ветвями власти. КС будет обязан анализировать такие новеллы на предмет нарушения Статьи 6 и принципа независимости ветвей власти.

Пресечение практики «автоматического правотворчества»

Сегодня в тексты законов вносятся правки о неконституционности норм напрямую на основании постановлений КС, без принятия соответствующих законов Парламентом. Новый формат отчетности зафиксирует это как противоправное действие, так как постановления Суда не являются нормативными актами и требуют законодательной имплементации.

Предлагаемая реформа отчетности превратит годовой доклад КС из формальной брошюры в инструмент восстановления Статьи 7. Суд больше не сможет «не замечать» процедурные преступления против Конституции, так как отсутствие объяснений по этим пунктам будет означать прямое нарушение судьями своих полномочий по Статье 134(3).

Финансовая и физическая независимость.

Эти изменения исключат финансовое давление со стороны Правительства. Бюджет КС должен быть закреплен в размере не менее 0,1% ВВП и управляться им автономно. Любая попытка повлиять на финансирование будет расследоваться как посягательство на независимость. Создание собственной службы безопасности, подчиненной лично Председателю КС, защитит судей от внешнего нажима со стороны силовых структур исполнительной власти и иных внешних воздействий (рисков, угроз).

VII. Уроки зарубежного опыта: защита от «захвата судов»

Европейский опыт (в частности, примеры Венгрии и Польши) служит предостережением: попытки простого ограничения полномочий Конституционного суда  часто становятся ширмой для институционального захвата («court-packing»), когда суды парализуются процедурными барьерами или наполняются лояльными кадрами для обслуживания интересов исполнительной власти. Чтобы избежать этой ловушки «декоративного правосудия», в Молдове необходимо синхронизировать лишение КС функций «позитивного законодателя» с переходом к прямой народной легитимности его состава.

Предлагаемый комплекс мер исключит противоправный характер деятельности Суда не через блокировку его работы, а через его возвращение к классической функции «негативного законодателя» и хранителя текста Основного закона. Внедрение обновленной Статьи 134 лишит судей возможности «творить право» и менять государственный смысл норм в обход учредительной власти парламента, как это происходило при изменении способа выборов президента или статуса язык

Резюме: от «инженерии» к подлинному арбитражу

Чтобы Конституционный Суд Молдовы перестал быть центром «перекраивания страны», реформа должна демонтировать механизм, позволяющий горстке лиц стоять выше воли народа. Возврат к Статье 7 означает, что ни один закон, ни одно решение Суда и ни один политик не имеют юридической силы, если они противоречат букве Конституции.

Итоговая архитектура возвращенного правосудия строится на четырех столпах:

• Лишение полномочий менять текст через толкование.
• Введение прямой выборности судей народом.
• Безусловный запрет на двойное гражданство судей.
• Персональная ответственность за превышение полномочий и нарушение присяги.

Имплементация данных структурных преобразований является необходимым условием для прекращения практики институционального активизма и возвращения Конституционного суда к роли нейтрального правового арбитра. 

В отсутствие этих мер Конституция рискует окончательно утратить свою высшую юридическую силу, превратившись в формальный инструмент административно-судебного фильтра, при котором исход политического процесса определяется не у избирательных урн, а через закрытое судебное конструирование властных моделей. Это приведет к полной деградации правовой системы до состояния «управляемой демократии», где суверенитет народа становится декларативным и зависимым от внешней и внутренней политической конъюнктуры.

Виктор Мараховский